– Сумасшедшая Лидка бросилась ко мне за платьем, и ее убьет громом...
– Лютов был у вас вечером? – угрюмо спросил Макаров.
Стоя перед зеркалом, Алина развела руками.
– Ну, вот! Жених – пропал, а у меня будет насморк и бронхит. Клим, не смей смотреть на меня бесстыжими глазами!
– Вчера хромой приглашал Лютова на мельницу, – сказал Клим девушке, – она уже сидела у стола, торопливо отхлебывая кофе, обжигаясь и шипя, а Макаров, поставив недопитый стакан, подошел к двери на террасу и, стоя там, тихонько засвистал.
– Я простужусь? – серьезно спросила Алина. Вошел Туробоев, окинул ее измеряющим взглядом, исчез, снова явился и, набросив на плечи ее пыльник свой, сказал:
– Хороший дождь, на урожай. Сверкали молнии, бил гром, звенели стекла в окнах, а за рекою уже светлело.
– Пойду на мельницу, – пробормотал Макаров.
– Вот это – друг! – воскликнула Алина, а Клим спросил:
– Потому что не боится схватить насморк?