– Странно, – сказал Крэйтон. – Они не торопятся, эти ваши бандиты.
Судорожно вздыхал и шипел пар под вагоном, – было несколько особенно длинных секунд, когда Самгин не слышал ни звука, кроме этого шипения, а потом, около вагона, заговорили несколько голосов, и один, особенно громко, сказал:
– Здесь, в этом!
– Не выпускать никого!
Вагон осторожно дернуло, брякнули сцепления, Крэйтон приподнял занавеску окна; деревья за окном шевелились, точно стирая тьму со стекла, мутно проплыло пятно просеки, точно дорога к свету.
– Что же – нас взяли в плен? – грубо спросил Крэйтон. – Мы – едем!
Да, поезд шел почти с обычной скоростью, а в коридоре топали шаги многих людей. Самгин поднял занавеску, а Крэйтон, спрятав руку с револьвером за спину, быстро открыл дверь купе, спрашивая:
– Что происходит?
Против двери стоял кондуктор со стеариновой свечою в руке, высокий и толстый человек с белыми усами, два солдата с винтовками и еще несколько человек, невидимых в темноте.
– Почтовый вагон ограбили, – сказал кондуктор, держа свечку на высоте своего лица и улыбаясь. – Вот отсюда затормозили поезд, вот видите – пломба сорвана с тормоза...