Раздались нестройные крики.
– Точно цыгане на базаре, – довольно громко сказал Туробоев за спиной у Клима.
– Это – правда, что ко дворцу не пустят? – спросил Самгин, шагнув назад, становясь рядом с ним.
– Как будто – правда.
– Тогда... что же?
– А вот увидим, – ответил Туробоев, довольно бесцеремонно расталкивая людей и не извиняясь пред ними. Самгин пошел за ним.
– Я – на Выборгскую сторону, – сказал Туробоев, когда вышли на двор. – Вы идете?
– Да, – ответил Самгин, но через несколько шагов спросил: – А не лучше ли на Невский, ко дворцу?
Туробоев не ответил. Он шагал стремительно, наклонясь вперед, сунув руки в карманы и оставляя за собой в воздухе голубые волокна дыма папиросы. Поднятый воротник легкого пальто, клетчатое кашне и что-то в его фигуре делали его похожим на парижского апаша, из тех, какие танцуют на эстрадах ресторанов.
«Свидетель», – подумал Самгин, соображая: под каким предлогом отказаться от путешествия с ним?