Эвакуировавшаяся въ Эстонію армія и бѣженцы оказались сосредоточенными на крайне узкомъ плацдармѣ. Не хватало жилищъ, платья, питаніе было недостаточно, началась повальная эпидемія сыпного тифа, унесшая въ могилу 2 / 3 арміи и много бѣженцевъ. Восточная часть Эстоніи покрылась многими могильными холмами несчастныхъ солдатъ и офицеровъ арміи. Уголокъ завѣсы, спустившейся со временемъ надъ этими ужасами, отчасти пріоткрываетъ одна тогдашняя частная корреспонденція изъ Нарвы.

УЖАСЫ НАРВЫ. [210](Изъ частнаго письма.) Ты будешь удивленъ, получивъ мое письмо изъ Нарвы. Я спѣшно выѣхала туда, узнавъ отъ товарищей Леши, что онъ арестованъ по обвиненію въ интендантскихъ злоупотребленіяхъ. Меня эта вѣсть громомъ поразила, Леша… и злоупотребленія по Интендантству! Леша, который проклиналъ тотъ день, когда онъ неожиданно для себя сталъ сослуживцемъ этой безсовѣстной, хищной стаи; Леша, который, задыхаясь отъ бѣшенства, разсказывалъ, какъ Интендантъ К. во время наступленія на Петроградъ забралъ казенный грузовикъ, отправилъ на немъ свою интендантскую « экономію» въ Гатчину, чтобы распродавать ее по спекулятивнымъ цѣнамъ, а на рапортѣ, что нѣтъ грузовиковъ для доставки войскамъ провіанта, положилъ циничную резолюцію: ничего подождутъ! Леша, который говорилъ, что ему стоитъ большихъ усилій сдержать себя, чтобы при видѣ этихъ господъ не выхватить револьвера и не всадить имъ мѣдную пулю въ мѣдный лобъ … И этотъ, Леша, теперь арестованъ за злоупотребленія по Интендантству! Я вспомнила при этомъ извѣстіи его разсказы объ угрозахъ со стороны коллегъ, объ ихъ циничныхъ шуткахъ, что праведнику полагается мученическій вѣнецъ и рѣшила, что онъ, очевидно, сдѣлался жертвою мести и интригъ. Вотъ почему, я немедленно выѣхала въ Нарву. Я прибыла туда въ три часа дня, а въ шесть часовъ вечера Лешу выпустили, продержавъ 14 дней безъ всякаго допроса и объяснили, что онъ арестованъ по недоразумѣнію. Что это за недоразумѣніе, и кто это недоразумѣніе устроилъ, пока выяснить не удалось. Здѣсь такія недоразумѣнія случаются очень часто. Характерно, что Слѣдственная Комиссія ничего объ арестѣ Леши не знала. Проживъ здѣсь два дня и наглядѣвшись на то, что здѣсь происходитъ, я готова придти къ заключенію, что вся Сѣверо-Западная Армія была одно сплошное недоразумѣніе, но, къ сожалѣнію, чрезвычайно печальное, чрезвычайно горестное недоразумѣніе. Теперь говорятъ и пишутъ о «Голгофѣ Сѣверо-Западной Арміи». Но Голгофа, по моему, слишкомъ мягкое выраженіе для тѣхъ мукъ, которыя испытываютъ солдаты и боевые офицеры брошенной на произволъ судьбы Арміи. Какъ ни мучителенъ былъ путь на Голгофу, но конецъ пути, конецъ страданіямъ возвышался передъ глазами. А конца страданіямъ Сѣверо-Западной Арміи не видно, и въ этомъ весь ужасъ. Если я пишу, что Армія брошена на произволъ судьбы, то не думай, что это фраза. Не только люди, но и все имущество остались безъ всякаго призора. Мнѣ показывали 8 вагоновъ соли, стоящихъ за проволочными загражденіями, безхозяйные, не выгруженные; изъ нихъ тащутъ, кто сколько хочетъ и можетъ. Я видѣла, какъ казенныя телѣги и экипажи, которые по нынѣшнимъ временамъ стоятъ много тысячъ, продавались по 50 рублей. Лошади падаютъ ежедневно и ежедневно же продаются десятки лошадей и выписываются въ расходъ, какъ павшія. Имѣются крупныя конныя части, которыя спѣшились, распродавъ весь конскій составъ. Идетъ бѣшеный торгъ, спекуляція, мародерство, люди набиваютъ себѣ карманы сотнями тысячъ, господствуютъ безудержное пьянство, азартныя игры съ многотысячными ставками. А наряду съ этимъ, «святая сѣрая скотина» погибаетъ въ ужасныхъ условіяхъ. Ты помнишь, вѣроятно, картинки, изображающія отступающихъ французовъ въ 12-омъ году: голодные, изможденные, дрожащіе отъ холода, люди бредутъ, закутавшись въ одѣяла, платки, женскія кацавейки, и Богъ знаетъ, въ какую ветошъ. Увѣряю тебя, что я видѣла многихъ солдатъ, которые одѣты немногимъ лучше. Имъ отпускаютъ тощій паекъ и въ этомъ выражается вся попечительность начальства. На частной квартирѣ жить никому не разрѣшается: всѣ поэтому живутъ на Ивановской сторонѣ, и въ комнатѣ, гдѣ имѣется мѣсто для трехъ человѣкъ, живетъ человѣкъ 15–20. Комнаты безъ мебели, безъ постели, безъ элементарныхъ принадлежностей, безъ отопленія. О томъ, какъ обстоитъ въ этихъ комнатахъ насчетъ воздуха и чистоты, ты можешь себѣ представить: всѣ спятъ на грязномъ полу, который никогда не моется, больные вмѣстѣ со здоровыми и часто съ мертвыми. Въ комнатѣ рядомъ съ Лешей, въ мою бытность, среди 15 человѣкъ живыхъ лежалъ нѣсколько сутокъ неубранный покойникъ, умершій неизвѣстно отъ какой болѣзни, такъ какъ никто изъ медицинскаго персонала его не навѣщалъ. И это не единственный случай. Люди умираютъ ежедневно сотнями, а трупы не убираются недѣлями. Въ первый день рождества Леша получилъ приказъ: «Очистить казармы отъ труповъ». И вотъ какъ происходитъ эта очистка: на возы наваливаются трупы въ нѣсколько ярусовъ, сверху ихъ слегка покрываютъ сѣномъ и вывозятъ за городъ на «трупное поле». Что съ ними тамъ дѣлаютъ, не знаю, во всякомъ случаѣ не хоронятъ. Однажды вывезли цѣлую гору труповъ на грузовикѣ, который застрялъ въ снѣгу и три дня стоялъ не разгруженный. Все это касается мертвыхъ, но увѣряю тебя, что положеніе живыхъ несравненно хуже; и вотъ уже воистину настало время, когда живые завидуютъ мертвымъ. Единственное спасеніе — это переходъ къ краснымъ, которое практикуется въ огромныхъ размѣрахъ. Производятся регулярныя записи, и цѣлыя толпы подъ эстонскимъ конвоемъ переходятъ границу. Еще ужаснѣе, если вообще можетъ быть что ужаснѣе, это положеніе арестованныхъ. Вмѣстѣ съ Лешей сидѣло человѣкъ 20. Пять человѣкъ знало, за что сидитъ, но они благополучно сбѣжали; остальные содержатся по недоразумѣнію, вѣрнѣе изъ личной мести. Среди нихъ сидѣлъ одинъ офицеръ четыре съ половиной мѣсяца по обвиненію въ растратѣ казеннаго имущества. Растрата заключалась въ томъ, что у него не хватило 1 1 / 2 фунта керосина на отпущенные ему 50 пудовъ, а посадилъ его за это какой-то штабъ-офицеръ, съ которымъ онъ подрался, когда оба были пьяны. Его выпустили одновременно съ Лешей. Вообще сидятъ преимущественно мелкіе чины: младшее офицерство за ничтожныя формальныя упущенія по службѣ, а всѣ крупные негодяи на свободѣ; ихъ не сажаютъ, они сажаютъ. Но куда же, спрашивается, дѣлось все начальство? А начальство все уѣхало, и въ Нарву носа не кажетъ. Говорятъ, что оно сидитъ въ Ревелѣ, въ лучшей гостиницѣ и « ликвидируетъ »...

Такъ происходило въ Нарвѣ. А что было въ другихъ болѣе глухихъ мѣстахъ — не пересказать! Правительство не существовало уже съ 5 декабря 1919 года, и всю кашу пришлось расхлебывать самой арміи, въ лицѣ солдатъ и офицеровъ, да немногихъ русскихъ врачей и низшаго медицинскаго персонала, почти цѣликомъ сложившихъ на этой непосильной и опасной работѣ свои кости. Въ Нарвѣ геройски боролась съ эпидеміей частная благотворительная организація, подъ руководствомъ энергичнаго и дѣльнаго бывшаго судейскаго чиновника г. Соболева. Его организація спасла въ Нарвѣ не одинъ десятокъ людей отъ смерти, работая прямо въ нечеловѣческихъ условіяхъ.

Возвращаюсь къ послѣднимъ днямъ существованія сѣверо-западнаго правительства.

Для воздѣйствія на «русскій Парижъ» былъ посланъ Е. И. Кедринъ. Онъ у ѣхалъ въ концѣ ноября, полный надеждъ на успѣхъ своей миссіи. Въ этотъ моментъ вопросъ о ликвидаціи правительства былъ уже предрѣшенъ. 24 ноября состоялось частное совѣщаніе членовъ правительства, результаты коего остались въ журналахъ совѣта министровъ. По обсужденіи вопроса о томъ, прекратить ли дѣятельность правительства теперь же окончательно или же принять формулу Маргуліеса о прекращеніи оффиціальной дѣятельности правительства лишь на эстонской территоріи, а не вообще, произвели голосованіе. За окончательное прекращеніе высказался одинъ Ф. А. Эрнъ, за формулу М. С. Маргуліеса — коллеги Кедринъ, Эйшинскій, Пѣшковъ, Богдановъ, Евсѣевъ и самъ авторъ формулы! С. Г. Ліанозовъ, М. М. Филиппео и я воздержались отъ голосованія, такъ какъ окончательные переговоры съ эстонскимъ правительствомъ въ тотъ моментъ еще не были закончены. Изъ приведеннаго перечня большинства голосовъ видно, что Е. И. Кедринъ стоялъ за продолженіе существованія правительства, хотя бы и за предѣлами Эстоніи, и настаивалъ на этой фикціи, какъ помнится мнѣ, довольно рѣшительно[211]. У иниціаторовъ такой постановки вопроса все еще жила какая-то смутная надежда на продолженіе дѣятельности правительства, если не на территоріи Эстоніи, то въ Финляндіи. М. С. Маргуліесъ шелъ еще дальше. Онъ доказывалъ, что вообще, въ крайнемъ случаѣ, лучше «заснуть», чѣмъ «совсѣмъ умереть», чтобы при счастливомъ стеченіи событій можно было вновь организовать здѣсь борьбу подъ вывѣской болѣе или менѣе признаннаго, извѣстнаго и существующаго правительства. «Блаженъ, кто вѣруетъ» — оставалось только сказать ему.

Что касается эстонцевъ, то они откровенно принимали всѣ мѣры, чтобы совершенно выбить «бѣлую дурь» изъ головы тѣхъ наивныхъ русскихъ людей, которые продолжали еще вѣрить въ возможность дальнѣйшаго сотрудничества съ Эстоніей. 4-го декабря въ № 66 «Свобод. Рос.» появилось оффиціальное сообщеніе эстонскаго правительства, что переговоры съ большевиками о мирѣ возобновлены. Делегаты обѣихъ сторонъ съѣхались въ этотъ день въ Юрьевѣ. Отъ большевиковъ прикатилъ г. Литвиновъ. Это былъ, кажется, единственный случай, когда представители бѣлой и красной Россіи могли встрѣтиться на улицѣ носъ къ носу. Ждать больше ничего не оставалось.

Наканунѣ, 3-го декабря, состоялось послѣднее засѣданіе съ участіемъ ген. Юденича. Опасаясь рѣзкихъ столкновеній, онъ вначалѣ вовсе не хотѣлъ идти на засѣданіе, но С. Г. Ліанозовъ убѣдилъ его, что коллеги удержатся въ рамкахъ корректности. Происшедшіе дебаты ярко изображены въ приложеніи къ протоколу засѣданія, изложенномъ П. А. Богдановымъ. Ген. Юденичъ высказался съ большой откровенностью, вскрывъ свою роль въ правительствѣ и попутно обнаруживъ свои взгляды на форму гражданской войны. Признаюсь, я сознательно задавалъ ему вопросъ за вопросомъ, чтобы генеральская политика впредь не оставляла никакого сомнѣнія. На другой день, говорятъ, онъ высказалъ сожалѣніе, что пошелъ на засѣданіе, такъ какъ я будто бы вынудилъ его сказать больше, чѣмъ онъ хотѣлъ. Богдановъ великолѣпно формулировалъ поведеніе ген. Юденича по отношенію къ правительству. Діалоги были такъ цѣнны, что я позволю себѣ привести ихъ цѣликомъ. Въ засѣданіи участвовалъ приглашенный съ 23-го ноября, взамѣнъ уѣхавшаго Е. И. Кедрина, въ качествѣ товарища министра юстиціи И. М. Тютрюмовъ, извѣстный юристамъ знаменитый комментаторъ X т. нашихъ законовъ, профессоръ петроградскаго университета[212].

ПРИЛОЖЕНІЕ къ протоколу засѣданія Совѣта Министровъ С. 3. О. Р. отъ 3-го дек. 1919 г. Въ засѣданіи присутствовали министры: Ліанозовъ, Горнъ, Богдановъ, Эйшинскій, Эрнъ, Евсѣевъ, Пѣшковъ, Филиппео, Юденичъ, Пилкинъ. Горнъ указываетъ, что протестъ представителя французской миссіи противъ ликвидаціи сѣверной арміи серьезный факторъ. Проситъ Юденича высказаться о положеніи цѣлъ, спрашивая, вѣрно ли, что послѣ протеста французовъ оружіе возвращается чинамъ Сѣверо-Западной Арміи. Юденичъ. Оружіе арміи не возвращено. 2 / 3 арміи стоятъ на русской территоріи, занимая фронтъ верстъ 40. По сообщенію Генерала Глазенаппа, состояніе частей очень хорошее, при чемъ Онъ считаетъ, что армія можетъ перейти въ наступленіе. Полная дезорганизація въ частяхъ, перешедшихъ эстонскую границу, въ силу того, что эстонцы не давали установить связь — арестовывали курьеровъ, рвали телефоны и пр. Горнъ. Каковы дальнѣйшія перспективы существованія арміи на территоріи Эстіи? Юденичъ. Перспективы печальны: эстонцы отъ отвѣта уклоняются. 25—26 числа съ генераломъ Тениссономъ тамъ на мѣстѣ договорились. 27 пріѣхалъ ген. Лайдонеръ и круто все повернулъ. Было установлено, что части, на востокъ отъ дороги, идущей изъ Іеве на югъ къ Псковскому озеру, разоружаться не будутъ; разоружены всѣ. Горнъ. Что же дѣлать? Юденичъ. Необходимо поддержать, что есть, и получить обратно оружіе; объ этомъ идутъ переговоры. Горнъ. Что думаютъ эстонцы? Юденичъ. Хотятъ уничтожить нашу армію. Горнъ. Можно ли здѣсь по Вашему мнѣнію дальше существовать? Юденичъ. Существовать здѣсь не выйдетъ, надо перебираться на другой фронтъ. Пилкинъ. Главнокомандующій хотѣлъ перебросить войска на Псковской фронтъ, пробовалъ вести переговоры, ничего не вышло. Горнъ. Извѣстенъ ли Главнокомандующему отвѣтъ эстонцевъ на французскую ноту-протестъ? Юденичъ. Эстонское Правительство благодаритъ союзниковъ за помощь, указываетъ, что отношеніе между Эстоніей и С.-З. арміей ихъ внутреннее дѣло и что они вправѣ сами его разрѣшить. Особыхъ надеждъ на вмѣшательство союзниковъ нѣтъ. Горнъ. Что же дѣлать арміи и правительству по вашему мнѣнію? Юденичъ. Арміи надо перекочевывать на другой фронтъ. Правительству… (смѣется) что же дѣлать безъ арміи и территоріи правительству? Горнъ. Вы допускаете, что армія можетъ существовать безъ правительства? Юденичъ. Армія существовала безъ правительства. Горнъ. Такъ что вы неудобствъ въ этомъ не видите? Юденичъ. Нѣтъ. Пилкинъ. Какъ крайнее средство устроить переходъ арміи на югъ къ Деникину. Юденичъ. Начаты переговоры съ союзниками о переходѣ на Латвійскій фронтъ. Пилкинъ. Не оставлена надежда остаться здѣсь. Горнъ. Должно ли существовать правительство? Юденичъ. Не правительство, а органъ управленія, потому что существуетъ общее правительство, во имя единства. Пилкинъ. Если армія перейдетъ на Латвійскій или Корельскій фронтъ, то что бы думало правительство? Горнъ. Считаетъ необходимымъ сохраненіе правительства, такъ какъ ведется гражданская война, въ которой дѣятельность демократическаго Правительства важна, какъ показатель тѣхъ порядковъ, которые несетъ бѣлая армія Эйшинскій предлагаетъ вырѣшить главный вопросъ объ арміи съ Эстіей, а потомъ рѣшать и послѣдующіе вопросы. Богдановъ. Прежде, чѣмъ рѣшать тѣ или иные вопросы съ Эстіей, какъ бы они ни были важны (я согласенъ съ г. Эйшинскимъ, что вопросъ о сохраненіи арміи самый важный, вопросъ момента), необходимо разрѣшить кардинальный вопросъ въ правительствѣ, идетъ ли командованіе съ нами, или нѣтъ. Съ самаго начала существованія Правительства наблюдалась двойственность, вытекавшая изъ недоговоренности. Видимо, Генералъ Юденичъ считалъ насъ при немъ совѣщательнымъ органомъ. Мы, по крайней мѣрѣ лѣвые, считали его, какъ Главнокомандующаго, подчиненнымъ Правительству. Генералъ Юденичъ все время велъ и ведетъ политику помимо правительства и примѣромъ можетъ служить цѣлый рядъ назначеній въ прошломъ и до сего дня, безъ вѣдома и согласія Правительства. Эта особенность наблюдалась во всемъ. Подобное положеніе вещей создало совершенно невозможную атмосферу для работы. Оно привело къ тѣмъ результатамъ, которые сейчасъ имѣютъ мѣсто. Долго такъ продолжаться не можетъ. Или Генералъ Юденичъ подчиненъ Правительству въ цѣломъ и тогда тактика одна, въ частности онъ долженъ войти въ комиссію для переговоровъ съ Эстонскимъ Правительствомъ и никакой сепаратной политики быть не можетъ. Или Генералъ Юденичъ не считаетъ себя подчиненнымъ Правительству и тогда тактика Правительства другая. Пора кончить обманъ себя, другихъ и населенія, за положеніе котораго въ настоящій моментъ мы несемъ отвѣтственность. Съ двойственностью Генерала Юденича надо покончить. Пилкинъ. Двойственность вносило подчиненіе Главнокомандующаго Омскому Правительству, но двойственной политики Генералъ Юденичъ не велъ, какъ говоритъ П. А., и не разсматривалъ Правительство, какъ совѣщательный при себѣ органъ. Для доказательства этого утвержденія фактовъ нѣтъ. Значительно затрудняло положеніе то обстоятельство, что наше правительство не было признано союзниками: недавно я узналъ, что англійское правительство разослало миссіямъ указанія, что наше правительство не признано. Это обстоятельство затрудняло сношенія съ Финляндіей Генерала Юденича, которая также не признавала нашего правительства, хотя поддерживала съ нимъ сношенія. Ліанозовъ. Въ послѣднее время представители союзныхъ миссій къ нему не заходили, однако сношенія съ ними имѣлись и имѣются; раньше у меня еженедѣльно собирались представители миссій — англійской, французской, американской, сербской. Пилкинъ. Разногласія существовали, вызываемыя разными случаями, напримѣръ, газета «Свобода Россіи» рядомъ статей разлагающе дѣйствовала на армію… Договориться нужно… Главнокомандующій никогда не считалъ Правительство при себѣ совѣщательнымъ органомъ. Юденичъ. — Главнокомандующій подчиненъ Верховному Правителю Колчаку и никому больше. Вошелъ я въ Правительство добровольно, могъ и не входить, для того, чтобы связать Главнокомандованіе съ Правительствомъ. И если изъ этого ничего не вышло — не моя вина. Опять повторяю, что я подчиненъ только Верховному Правителю. Горнъ. Войдете ли вы въ комиссію для переговоровъ съ Эстоніей? Юденичъ. — Нѣтъ. Евсѣевъ. Намъ необходимо, хотя бы послѣдній актъ разыграть въ полномъ содружествѣ, чтобы вывести общими силами армію изъ затруднительнаго положенія. Я высказываю пожеланіе, чтобы военные представители принимали постоянное участіе въ нашихъ сужденіяхъ. Горнъ. Но сейчасъ, Генералъ, вы не слагаете съ себя званія военнаго министра? Юденичъ. Я заявляю объ отставкѣ. Горнъ заявляетъ, что онъ удовлетворенъ, находитъ, что теперь надо кончить вопросъ о служащихъ. Юденичъ. Я, съ какой стати? Горнъ. Большинство служащихъ было и раньше, до организаціи правительства, а затѣмъ всѣ они работали на Армію. Юденичъ. У Правительства было двѣ задачи — наладить отношенія съ эстонцами и снабдить деньгами Армію [213]. Оно не выполнило своихъ задачъ. Пора честно въ этомъ признаться. Горнъ. Указываетъ на единство Правительственной кассы. Юденичъ. У меня отдѣльная касса. Правительство должно изыскать средства, а не жить за счетъ Арміи. Эйшинскій и Богдановъ указываютъ на необходимость удовлетворить служащихъ. Горнъ. Вопросъ о служащихъ надо во что бы то ни стало рѣшить, для этого потребуется до 3000 фунтовъ стерлинговъ. Юденичъ. Одинъ я рѣшить вопроса не могу. Передамъ въ Совѣтъ [214]. Отвѣтъ завтра или послѣзавтра. (Слѣдуютъ нѣсколько подписей.)

На другой день ген. Юденичъ прислалъ на имя С. Г. Ліанозова свое заявленіе объ отставкѣ.

Главнокомандующій Сѣверо-Западной Арміей. 3-го декабря 1919 г. № 1308. г. Ревель. Милостивый Государь Степанъ Георгіевичъ! Отъ обязанностей Военнаго Министра я отказываюсь и прошу считать меня выбывшимъ изъ состава правительства. Примите увѣреніе въ совершенномъ почтеніи и преданности. Н. Юденичъ. Предсѣдателю Совѣта Министровъ О. Г. Ліанозову.