Причины катастрофы. Вина сѣверо-западнаго правительства. «Свобода Россіи» и армія. Характеръ русской революціи. Надежды на будущее.
Для читателя, внимательно просмотрѣвшаго мою книгу, причины крушенія бѣлаго дѣла на сѣверо-западѣ Россіи, я думаю, ясны. Я формулирую ихъ въ трехъ главныхъ видахъ: политическія, моральныя и стратегическія.
Командные круги арміи, вкупѣ съ помѣщичьимъ дворянскимъ элементомъ въ обозѣ, не поняли или не захотѣли понять всей исторической важности свершившихся въ Россіи событій. Земля разъ навсегда перешла къ крестьянамъ, старой «покорной скотинки» не осталось слѣда. Годы большевизма принесли съ собою много страданій и крови, но вмѣстѣ съ тѣмъ дали огромный толчокъ умственнымъ переживаніямъ простого народа, пріучили его въ устройствѣ своей жизни проявлять больше самодѣятельности, значительно подорвавъ въ то же время престижъ всякаго рода дутыхъ авторитетовъ. Факторы земельный и психологическій всегда нужно было имѣть въ виду, если мы хотѣли всенароднаго контакта при возстановленіи нашей родины. Поэтому руководителямъ бѣлой политики не слѣдовало подымать спора изъ за земли, необходимо было измѣнить прежнее пренебрежительное обращеніе съ народомъ, брать у мужика только необходимое въ борьбѣ и, спеціально въ нашихъ условіяхъ, проявить терпимость къ окраиннымъ народамъ, не пугать ихъ новой грядущей расправой, не затѣвать бермонтовской авантюры и не лишать себя необходимой поддержки естественныхъ союзниковъ. Несоблюденіе этихъ условій лишило армію поддержки эстовъ, финновъ и латышей, а безшабашная внутренняя близорукая политика сдѣлала равнодушнымъ къ движенію коренное русское населеніе. Гражданской войны нельзя такъ вести: ей необходима атмосфера активнаго сочувствія окружающаго населенія.
Жаловались — далѣе, что Антанта помогала намъ плохо. Отъ людей чужихъ странъ требовали, чтобы они лучше дѣлали русское дѣло, чѣмъ сами русскіе. Забывали при этомъ, что иностранцы отлично видѣли все нестроеніе въ русской работѣ, а видя, не особенно и усердствовали. Но тѣ же иностранцы много энергичнѣе помогали окраиннымъ народамъ, потому что тамъ они усматривали, между прочимъ, дѣйствительно созидательную работу и лучшую организацію.
Вторымъ факторомъ была полная моральная разнузданность въ средѣ военнаго командованія разнаго калибра. Большевизмъ вообще расшаталъ нравы, а до нельзя распухшіе тылы проявили всѣ старыя язвы своекорыстія, хищеній, казнокрадства и лишали армію естественныхъ притоковъ ея питанія. Большая доля офицерства засѣла въ тыловыхъ учрежденіяхъ, на фронтѣ чувствовался недостатокъ офицеровъ, а интенданты, при изобиліи запасовъ, заставляли солдатъ недоѣдать во время похода. Бросивъ всѣ лучшія силы на подступы къ Петрограду, маленькая армія осталась безъ резервовъ, а набранные наспѣхъ клочковой мобилизаціей солдаты — голодные, холодные, равнодушные — не могли противостоять при обходныхъ движеніяхъ большевиковъ, пускавшихъ противъ этого сырого, дурнопитаемаго матеріала отборныя сытыя коммунистическія и матросскія части. Головные лучшіе отряды солдатъ, не видя врага и отступая изъ за обходовъ безъ боя, стали постепенно тоже приходить въ уныніе и слабѣть.
Плохая работа тыла лишила командованіе необходимой быстрой связи съ отдѣльными частями, а партизанскіе нравы и своеволіе отдѣльныхъ генераловъ приводили къ неисполненію важныхъ стратегическихъ задачъ, дававшихся главнымъ командованіемъ, какъ, напр., подъ Тосно.
Сѣверо-западное правительство безсильно было со всѣмъ этимъ бороться. Его требованіямъ въ области политики не подчинялись, дразнили инородцевъ, гдѣ и какъ было возможно, а всѣ усилія во внѣшней политикѣ скандально дискредитировали и поведеніемъ и прямыми распоряженіями. Къ тупой, вредной мѣстной фрондѣ присоединялась великодержавная политика русскаго Парижа, который игнорировалъ сѣверо-западное правительство открыто, оффиціально, укрѣпляя нашихъ мечтателей о диктатурѣ во всѣхъ ихъ безумствахъ и протестуя противъ поддержки союзниками сѣверо-западнаго правительства. Кучка демократовъ повисла въ воздухѣ. И нужно только удивляться той развязности, съ которой, напр., Родзянко, самъ интриговавшій противъ нашего правительства, на стр. 124 своей книги позволилъ себѣ сказать, что одной изъ причинъ, повлекшихъ неудачу арміи, была «слабость сѣверо-западнаго правительства».
Вся вина этой группы людей состояла, пожалуй, въ томъ, что она довѣрчиво пошла на коалицію съ правымъ генералитетомъ, старалась мирнымъ путемъ достичь необходимой дѣлу взаимной солидарности и, въ результатѣ, связала свое имя съ явно безнадежнымъ и ужаснымъ для несчастной арміи предпріятіемъ. Искренніе патріоты, но немножко идеалисты, штатскіе члены правительства пытались соединить несоединимое, смѣшать воду и масло, забывъ мудрыя слова поэта:
«Въ одну телѣгу впречь не можно —
Коня и трепетную лань...»