«Правительство существуетъ мѣсяцъ, а армія цѣлый годъ и не развалилась. Какъ же правительство претендуетъ на роль спасителя?! Ничего этого не сдѣлаю!»
Загорѣлся споръ по отдѣльнымъ пунктамъ.
Противъ объявленія деклараціи приказомъ по арміи ген. Юденичъ не возражалъ, по поводу чистки тыла заявилъ, что устраненіе вредныхъ элементовъ уже производится, но въ дальнѣйшемъ онъ согласенъ увольнять лишь послѣ суда или ревизіи. Порку солдатъ генералъ рѣшительно опровергалъ и заявилъ, что приказа объ этомъ не издастъ до тѣхъ поръ, пока ему не представятъ фактовъ. Факты было ему обѣщано представить, и впослѣдствіи дѣйствительно всплыли вещи прямо оглушительныя. По п. 9 — о дѣйствіяхъ ген. Родзянко, снова вспышка:
«Неправда! А какъ поступить съ клеветниками, если будетъ доказана эта неправда?!»…
Генералу обѣщаютъ представить неопровержимѣйшія доказательства и большинствомъ остальныхъ голосовъ все-таки просятъ его произвести о дѣйствіяхъ ген. Родзянко разслѣдованіе.
Всѣ остальные пункты были приняты почти безъ возраженій (см. подр. журналъ въ приложеніи). Расходимся послѣ схватки молча и быстро. Между нами и ген. Юденичемъ пробѣжала первая черная кошка.
С. Г. Ліанозовъ, который съ самаго начала не особенно охотно шелъ на оформленіе «нажима» на генерала въ оффиціальномъ засѣданіи, впослѣдствіи не разъ упрекалъ одного изъ насъ, зачѣмъ мы не послушались его и повели аттаку «въ лобъ», этимъ-де мы грубо задѣли самолюбіе Юденича, какъ лица, представлявшаго среди насъ армію, и тѣмъ все дѣло сразу и безповоротно испортили. Трудно согласиться съ такимъ мнѣніемъ: или генералъ искренно подписалъ декларацію и въ такомъ случаѣ ему оскорбляться было нечѣмъ, или онъ подписалъ ее притворно, и тогда его нужно было оффиціально обязать произвести чистку.
Не легко было бороться съ засѣвшей въ Нарвѣ комарильей, если бы даже ген. Юденичъ искренно того хотѣлъ. На самомъ дѣлѣ онъ не хотѣлъ или испугался радикальной чистки штабовъ. Пронюхавъ о затѣваемой чисткѣ, полк. Зейдлицъ немедленно телеграфировалъ въ Нарву начальнику штаба, ген. Вандаму, что Юденичъ намѣренъ арестовать ген. Родзянко и весь его штабъ. Ген. Юденичъ поспѣшилъ завѣрить Родзянко, «что это наглая и злая ложь». Больше того: когда Е. И. Кедрину, нашему Министру Юстиціи, съ помощью эстонской полиціи удалось задержать и арестовать въ Ревелѣ героя псковскихъ застѣнковъ полк. Энгельгардта, немедленно же подали въ отставку «по домашнимъ обстоятельствамъ» три полковника, предпочитавшіе, повидимому, не дожидаться, когда и ихъ постигнетъ та же участь. Прошенія объ отставкѣ были поданы премьеръ-министру С. Г. Ліанозову. Въ одномъ изъ ближайшихъ засѣданій С. Г. передалъ прошенія ген. Юденичу. Послѣдній частнымъ образомъ самъ выражалъ большую радость, что удалось, наконецъ, отдѣлаться отъ такихъ «сослуживцевъ», а потомъ… вернулъ прошенія на распоряженіе ген. Родзянко, при которомъ эти офицеры орудовали. Въ результатѣ они остались по-прежнему на своихъ мѣстахъ!
Постепенно, шагъ за шагомъ, опредѣленно выяснилось, что Юденичъ слабохарактеренъ, нерѣшителенъ, вялъ и совершенно не въ состояніи произвести необходимыхъ реформъ въ арміи, — наоборотъ, Родзянко настойчивъ, упрямъ и явно стоитъ поперекъ дороги всѣмъ начинаніямъ правительства. Это не было открытіемъ для всѣхъ насъ: еще до образованія правительства широкіе общественные круги опредѣленно требовали удаленія въ первую ген. Родзянко, а когда правительство медлило съ этимъ, лѣвой его части приходилось выдерживать яростныя нападки со всѣхъ сторонъ, и тѣмъ не менѣе вопросъ объ удаленіи ген. Родзянко становился все сложнѣе и сложнѣе по мѣрѣ того, какъ выяснялась физіономія той военной среды, съ которой намъ ближе теперь пришлось столкнуться.
Оказалось и на этомъ фонѣ полное безлюдье. Родзянко же былъ подвижной человѣкъ, не лишенъ иниціативы, въ бояхъ беззавѣтно храбрый офицеръ, а солдатами любимый начальникъ, потому что по простотѣ своихъ привычекъ близко подходилъ къ быту русскаго солдата. Англійскій полк. Шербургъ, проектируемый нами на амплуа «атташе» при Юденичѣ, буквально восторгался поведеніемъ ген. Родзянко и, вѣроятно, по этой причинѣ совершенно не разбирался, что за компанія сидѣла за спиной этого удалого генерала. Поневолѣ приходилось подумать о другихъ мѣрахъ, тѣмъ болѣе что удалить Родзянку не такъ то было просто, за него могла вступиться вся штабная компанія, а это, въ свою очередь, могло бы вызвать крайне нежелательныя потрясенія для нашей маленькой арміи. Проектировалось поэтому постепенно убрать одного за другимъ наиболѣе одіозныхъ изъ окружающихъ генерала персонъ, какъ напримѣръ, войсковой старшина Пермыкинъ, ген. Вандамъ и др., внѣ этой среды съ Родзянкой можно было ладить и онъ очень скоро шелъ на всѣ доводы и резоны.