Геллатъ откровенно разсмѣялся; вопросъ былъ рѣшенъ окончательно. Эстонцы заявили, что они немедленно очистятъ въ Ивангородѣ 259 комнатъ, выселивъ оттуда живущихъ (оказалось, что тамъ живутъ главнымъ образомъ русскіе обыватели!)

Перешли къ вопросу о переселеніи въ Нарву нашего правительства. На вопросъ М. С., «какими мотивами это вызывается?»

Геллатъ коротко отвѣтилъ:

«Воля народа!»

Тогда Е. И. Кедринъ, сильно волнуясь, началъ говорить, что сильныя правительства сами создаютъ волю народа, у слабыхъ народъ создаетъ волю и выразилъ опасеніе, какъ бы эстонцы своимъ отношеніемъ къ намъ не сдѣлали ложнаго шага, чреватаго послѣдствіями въ будущемъ. Сказалъ хорошо и внушительно. Къ сожалѣнію, ни у М. С., ни у меня не сохранилось въ памяти всей его рѣчи.

Эстонцы почувствовали неловкость. Пійппъ снова поспѣшилъ затушевать обнажившуюся въ нашихъ отношеніяхъ трещину и началъ увѣрять, что они относятся къ намъ доброжелательно, что авторитетъ нашъ только выиграетъ, если правительство переѣдетъ поближе къ фронту.

М. С. еще разъ подчеркнулъ унизительный характеръ требованій, внесенныхъ въ видѣ «договора» правительствомъ въ Учредительное Собраніе, и (къ сожалѣнію, не посовѣтовавшись съ нами) въ видѣ компромисса предложилъ коллективное представительство правительства въ Ревелѣ изъ 3-хъ министровъ, съ тѣмъ, что всѣ правительственныя учрежденія будутъ въ Нарвѣ и акты станутъ датироваться Нарвою. Пійппъ сейчасъ же согласился, но Геллатъ уклонился отъ прямого отвѣта, заявивъ, что вопросъ подлежитъ разрѣшенію всего состава эстонскаго правительства.

Лично я сдѣлалъ попытку напомнить Геллату о необходимости для него, какъ эсдека, побольше считаться съ настроеніемъ нашей соціалистической части кабинета, опредѣленно считающей переѣздъ правительства изъ Ревеля въ Нарву ущербомъ для дѣла. Но Геллатъ рѣзко взъѣлся на мое замѣчаніе и оборвалъ меня фразой:

«Простите, здѣсь комиссія, а не партійное засѣданіе».

Говорить больше было не о чемъ. Я рѣшилъ про себя, что подыму противъ Геллата нашъ соціалистическій блокъ, тѣмъ болѣе что Геллатъ не имѣлъ рѣшительно никакого права ссылаться на «волю народа», т. е. рѣшеніе своего парламента, разъ вопросъ о нашемъ переѣздѣ еще не былъ разсмотрѣнъ Учр. Собраніемъ.