Конечно, официально Маркс не мог бы выступить против обоих абзацев статута, в составлении которого он участвовал и который он в целом принял. Но, как мне сообщали с заслуживающей полного доверия стороны, частным образом он выражал свое неудовольствие по поводу этих абзацев. Более того: были и такие выражения этого неудовольствия, которые получили огласку.
Временные статуты впервые были опубликованы в Лондоне в 1864 году, в приложении к английскому изданию вступительного адреса. В апреле 1866 года Иоганн Филипп Беккер опубликовал эти статуты на немецком языке в женевском «Vorbote» («Предвестник»). Там оба указанные абзаца совершенно отсутствуют. Невозможно предполагать, что они были отвергнуты Иоганном Филиппом Беккером: вопросами теории он мало интересовался.
Не Маркс ли побудил вычеркнуть их из временного статута? Благодаря отсутствию этих двух абзацев в опубликованном немецком переводе статута я впервые, независимо от Иекка, заметил, что при выработке этого статута обнаружились разногласия и что оба абзаца натолкнулись на сопротивление.
Что прудонисты внесли в статут несколько положений, которые должны были представляться Марксу чудовищными, видно из следующего. Временные статуты в § 9 содержали следующее постановление:
«Каждый член Интернациональной Ассоциации Рабочих, переселяясь из одной страны в другую, получит братскую поддержку со стороны ассоциированных рабочих».
Этого было недостаточно для комиссии, вырабатывавшей программу, и для пленума женевского конгресса, который окончательно принимал статуты, и он сделал следующее добавление:
«Эта поддержка заключается:
а) В праве на получение сведений обо всем, касающемся его профессии в том месте, куда он прибывает;
в) в праве на кредит на условиях, определяемых регламентом его секции, и в размерах, гарантированных последнею».
Здесь с полной несомненностью обнаруживается источник таких вставок. Это — мелкобуржуазный прудонизм, который хотел освободить пролетариат своими меновыми банками и безвозмездным взаимным кредитом и который мечтал о вечной справедливости, имеющей превратить частную собственность из источника эгоизма в идеальное учреждение.