Фламия. Посудите сами… Можно ли верить той басне, что за столом он потчевал нас, будто он бежал из венецианской тюрьмы, куда был заперт, и очевидно, поделом…
Работал и сверлом он, и пилою,
Скользил, карабкался, бросался вплавь, —
И этого не видят и не слышат,
Не узнают его, и в лунном свете
Сидит на крыше он. Какая чушь!
Анина. Но все же он бежал?
Фламия. Почем нам знать?
Быть может, он и не был в заключенье,
А если был, то отсидел свой срок.