Комженомы не лакировали себе ногтей, не носили крахмального белья, не плясали в танцклассах ни чарльстона, ни вальс-бостона. Даже и фокстротами не занимались.
Одевались они тогда в кожаные доспехи или ватные душегрейки, мечтали о судьбе Вани Иванова[1], чтоб отражать нашествия злочестивых колчаков и батыев, и читали взамен «Азбуки коммунизма» Бухарина похождения благородного Лихтвейса, разбойника, известного защитой угнетенных. Ибо «Азбуки коммунизма» в Краснобожске не было. Послали из губернии как-то десять экземпляров — так их по дороге братцы-Иванушки на раскурку употребили.
Были они, по свидетельству Летописца, «храбры зело» и обычаи в те времена были у них другие, чем ныне.
За занятие любовью — изгонялся провинившийся из племени, подвергаясь всеобщему презрению.
За пляску.
За распитие вина.
За чрезмерный лиризм.
За пребывание дома, а не в местах общественных.
За занятие наукой, а не войною.
За чрезмерные заботы о своей личности или одежде.