И только на пятый день, проходя все по тѣмъ же переулкамъ, они увидали на порогѣ домика портного маленькаго мальчика. Онъ игралъ своимъ товарищамъ одну изъ любимыхъ пѣсенокъ Ноно.
Не зная, какъ бы разспросить портного, какъ попала къ нимъ гармоника Ноно, Гансъ придумалъ распороть свою куртку и войти попросить зачинить ее. Пока портной работалъ, Гансъ навелъ разговоръ на чудесную гармонику его сына.
Портной сказалъ, что гармонику оставилъ у нихъ одинъ изъ его работниковъ, — но каждый разъ, какъ Гансъ и Мабъ начинали разспрашивать его о гармоникѣ или ея владѣльцѣ, портной старался перевести разговоръ въ другую сторону.
Какой-то человѣкъ, сидѣвшій въ лавкѣ портного въ это время, всталъ, простился и вышелъ, пожелавъ имъ добраго вечера.
Какъ ни старались Гансъ и Мабъ, имъ ничего не удалось узнать отъ портного о Ноно, и они ушли, разсчитывая вернуться къ нему въ другой разъ.
Но едва они завернули за уголъ, какъ тотъ человѣкъ, котораго они встрѣтили въ лавкѣ портного, подошелъ къ нимъ.
— Я вижу, что вы друзья Ноно, которому принадлежала гармоника. Но вы напрасно разспрашивали портного, онъ слишкомъ боится городовыхъ и ничего больше не разскажетъ. Да и вы сами хорошо сдѣлаете, если не вернетесь больше къ нему.
Человѣкъ этотъ былъ одинъ изъ трехъ друзей Ноно. Онъ разсказалъ Гансу и Мабъ про арестъ Ноно и о приговорѣ суда. Разсказалъ, что и онъ самъ послѣ того былъ подъ надзоромъ.
Дѣти спросили его, не знаетъ ли онъ, что теперь съ Ноно и гдѣ онъ сидитъ.
Къ счастью, у рабочаго былъ двоюродный братъ — тюремщикъ. Онъ видалъ его рѣдко, но все же могъ теперь черезъ него разузнать кое-что. Онъ зналъ, что послѣ приговора, Ноно былъ переведенъ въ одну изъ камеръ, находившихся въ королевскомъ дворцѣ Плутуса. Тамъ-то какъ разъ служилъ его двоюродный братъ. Одинъ разъ даже двоюродный братъ принесъ ему письмо отъ Ноно, гдѣ бѣдняга писалъ, что здоровъ и терпѣливо переноситъ свою бѣду.