— Как так?
— Вот так, — спокойно ответил отец. — Завтра приеду. В это самое время. Жди.
— Да ведь ты здесь! — воскликнул Толя и тронул отца рукой. Мирон Васильевич невозмутимо ощупал свои плечи и бока.
— И верно — я! Вот тебе раз! Значит, в самом деле приехал! Скажи, пожалуйста, какой случай вышел! — произнёс он удивлённо и только по прищуренным, смеющимся глазам Толя догадался, что отец, по обыкновению, подшучивает над ним.
— Всё ты надо; мной смеёшься! — сердито сказал Толя и отвернулся, всем видом показывая, как надоели ему такие шутки.
— А ты не задавай глупых вопросов! Сам видишь, что приехал, зачем спрашиваешь? — он привлёк к себе мальчика и заглянул ему в глаза: — Небось, про бензиновый моторчик спросить охота?
— А привёз? Нет, в самом деле, привёз? — тотчас оживился Толя.
Он следил за отцом, ожидая, что тот сейчас подойдёт, как бывало, к кабине, поднимет подушку сидения, пороется в инструментальном ящике, вынет свёрток и подаст его Толе, сказав при этом:
— Получай, сынок! Только смотри: насчёт двоек — ни-ни! Чтобы и духу их не было!
Но отец не шёл к кабине и казался смущённым. У Толи дрогнуло сердце: видимо, с моторчиком ничего не получилось.