Неподалёку от проходной был построен небольшой деревянный вокзальчик. К нему, пыхтя и отдуваясь, чёрный лоснящийся паровоз подтащил вереницу зелёных пассажирских вагонов. Высыпала большая толпа рабочих и тоже направилась к проходной.
Только успели эти рабочие войти в завод, как оттуда хлынула новая толпа — это рабочие ночной смены расходились по домам. В проходной возникла такая сутолока, что Толя подумал: а не замешаться ли и ему в эту толпу? Среди взрослых можно- было незаметно пробраться на завод. Но нельзя подводить Павлика. Толя должен был ждать Павлика у заводских ворот — так они договорились вчера и так надо было делать.
Площадка перед заводом опустела, а Павлика всё ещё не было. Наконец, вдали показалась «Победа». По цвету и номеру мальчик определил, что едет директорская машина. Она двигалась медленно, и Толя издали мог убедиться, что Павлик сидит рядом с водителем — дядей Колей. Через ветровое стекло было видно, как мальчик, показывая на Толю, что-то быстро и горячо говорит водителю. Дядя Коля небрежно взглянул на стоящего на тротуаре Толю и отрицательно покачал головой, у Толи дрогнуло сердце.
Павлик заговорил ещё горячее. Видимо, ему удалось убедить водителя: тот ещё раз взглянул на Толю, усмехнулся, и машина замедлила ход. Павлик кивнул Толе: не зевай! — и тотчас же перегнулся через спинку сидения, открывая заднюю дверцу. Толя бежал рядом, и лишь дверь успела приоткрыться — он проворно юркнул в машину.
— Ловкий, — усмехнулся дядя Коля, которому не пришлось даже останавливать машину.
И вот они на заводе. Вновь, как два дня тому назад, мимо Толи плывут громадные красные корпуса цехов. В их окнах видны длинные ряды работающих станков. Но теперь Толя ехал не на угловатых, перекатывающихся поковках, а в бесшумной легковой машине, на мягком и удобном сидении.
От удовольствия лицо мальчугана расплылось в довольную и радостную улыбку. Сам того не сознавая, он принял гордый вид, откинулся на подушки и победоносно посматривал по сторонам, сожалея, что никто из знакомых ребят с улицы Мира не может увидеть его в этом положении.
Но удовольствие скоро кончилось. Дядя Коля развернул машину у подъезда заводоуправления и остановился. Ребята вышли, забежали в подъезд и быстро пошли по длинному коридору, выстланному мягкой ковровой дорожкой.
Павлик остановился у одной из выходивших в коридор стеклянных дверей. В просторной приёмной комнате сидела пожилая полная женщина в белой кофточке и что-то быстро писала, прижав плечом к уху телефонную трубку.
— Папа здесь, Надежда Николаевна? — спросил Павлик.