Толя уселся поудобнее у паровозного окна: теперь всё готово, порожняк будут загружать новыми машинами, а они поедут на станцию и сдадут эшелон настоящим железнодорожникам, чтобы те увезли машины в города, названия которых написаны на кабинах.
Путешествие закончилось так же неожиданно, как и началось. Вынырнувший из-под вагонов Самойлов подошёл к паровозной будке и постучал флажками по железной стенке:
— Вылезай, товарищ пассажир! Приехали!
И не успел Толя попрощаться с Игнатом Матвеевичем и спуститься из будки, как состав тронулся и покатился вперёд, на станцию. На подножках грузовиков сидели проводники и смотрели на завод, на раскинувшийся около него соцгород. Как Толе хотелось ехать с ними!
Он вздохнул и пошёл за Самойловым, который шагал к знакомому зданию заводоуправления.
Глава одиннадцатая
БОЛЬШОЙ РАЗГОВОР
Толя неожиданно для себя оказался в партийном комитете завода. Дело шло к вечеру, в большой приёмной парторга было пусто, лишь в углу за машинкой сидела девушка в бледнорозовой шёлковой кофточке. Она торопливо печатала, то и дело наклоняясь к машинке и лежавшей рядом исписанной бумажке. Взглянув на вошедшего Самойлова, она почему-то усмехнулась. Сцепщик не обратил на это внимания, уселся на диван, усадил с собой рядом Толю и сказал:
— Шурочка, доложите парторгу: явился сцепщик Самойлов и с ним — находка. Немедленно!
— Так спешно? Хорошо, доложу… Ты — Самойлов, это я знаю. А он — находка? — Шура кивнула на Толю и засмеялась.