– Вы дома, у себя, – сказала ей незнакомая женщина, – а вот дитя, вот дочь ваша!
– Моя дочь! Его дочь! – воскликнула она. – Подайте мне ее. – Она взглянула на дитя темным взором, в котором изображались и страх, и любовь, и вера, и отчаяние.
– Здесь и священник, чтоб дать молитву новорожденной, – сказала женщина, – как прикажете назвать ее?
– Надеждою! – произнесла Наташа слабеющим голосом.
С нею сделалась жесточайшая горячка. В течение девяти дней она была без памяти, бредила безостановочно, звала отца, мужа, дитя… На десятый день она очнулась.
– Где дочь моя? – были первые слова ее.
– Успокойтесь, – отвечал ей печальным голосом врач, сидевший у постели, – она спит.
– Нет, не спит! Не обманывайте меня! А если спит, подайте спящую.
– Не тревожьтесь, – примолвила Алевтина Михайловна, – да будет воля божия!
– Так ее нет в живых? – вскричала Наташа, поднявшись с постели.