— Фи! — застонали раненые, стиснули зубы и, с презрением, посмотрели на великана.
Буц покраснел, а Муц сделал самые огромные, самые глупые и любопытные глаза, какие когда-либо делывал в своей жизни и протяжно спросил:
— Ложь?! Кто солгал?
Суровый-Вождь стукнул саблей о пол и яростно отозвался:
— Неужели ты ничего не слыхал про Клад в Самоцветье?
— Клад? Какой клад? Где клад? Где? — Муц заерзал и затрепетал от любопытства.
— Он ничего не знает про клад в Самоцветье, — с большим изумлением произнес Суровый-Вождь, — Золотая-Головка, расскажи ему про клад в Самоцветье.
И все женщины, девушки и раненые стали просить:
— Золотая-Головка, расскажи ему про клад в Самоцветье!
Девушка с белокурыми локонами так проворно бросилась к постели Муца, что изумленный Буц отпрянул в сторону.