У каждого человека есть прирожденное чутье простора. Оно никогда не обманет.
Доверясь своему чутью, Репей притронулся к стволу сосны, около которой стоял его конь, левой рукой, и тронул коня вокруг и прочь от этой сосны против солнца. Правя конем, он все время думал, что та сосна, которую он тронул рукой, у него не позади, а с левой руки…
Примерно, через час Балкан кинулся обнюхивать чьи-то следы, и Репеёк увидел на хвое ясные следы копыт Буланого и своего коня, и пёс снова пригласил мальчишку на старый след. Но Репеёк пересек следы, продолжая развертывать свой путь спиралью от той сосны, которую он тронул левой рукой. Еще, примерно, через час следы встретились снова, — и Репеёк вторично пересек их, не колеблясь ни мгновенья. Тут Балкан рассердился, — надо думать, что пёс усумнился: в своем ли мальчишка уме. Пёс, собрав остатки сил, стал кидаться и хватать лошадей за морды. Репеёк ловко огрел Балкана хворостиной, тот визгнул и уже более не спорил.
Спустя не больше полчаса сосны внезапно разбежались перед взором Репейка, — он выехал на просеку. По просеке тянулась с краю телеграфная линия о восьми проводах.
Репеёк, не размышляя, повернул коня по просеке направо, твердо зная, что едет к станции назад. Просека идет стрелой, — то под гору, то в гору… Вынырнув из долочка, Репеёк услыхал дальний крик, потом увидал на просеке трех коней и на одном из них Линька.
— Ты что это? — сердито встретил он Репья — я инда охрип, кричавши.
— Беда, брат, чуть не заплутался.
— Домой-то как теперь? Гляди, уж вечер…
Репеёк осмотрелся и только тут увидал что смеркается. Даль просеки алела.
Когда мальчишки пригнали лошадей к вагону взвода, отец Линька Бехтеев, стоя в двери, сбил с головы сынка шапчонку, потом ухватил крепко за волосы и втащил в вагон. Линёк зашипел от боли гусем. Злобно глядя на Репья, Бехтеев закричал: