Взвод молчал.
— Вот что, Старик, — молвил Бехтеев, — есть нам и коням нечего, а вперед с ремонтом итти еще столько, да полстолько, да четверть столько, а еще что там дальше — неизвестно. Надо вертаться.
— До Ворожбы осталось меньше.
— Рассказывай!
— Вертаться!.
— Голосовать!
— Гляди: на дворе опять мороз и снег. Кто: «вертаться», подыми руку.
— Пойдем вперед, — сказал Старик.
С тем и спать легли. А на рассвете морозной ночи Репейка расталкивал Линёк и плача говорил:
— Прощай, Репей. Прощай, Балкан.