Товарищи. Многие наши фабрики разрушены землетрясением. Восстановлять их, значит — воевать с Новой Страной. Если нет, то это означает взять от нее ее революционную технику, в том числе и технику общества, и произвести таким образом социальный переворот в нашей стране. Для меня он является неизбежным, — разница в сроках и в напрасных страданиях, если мы захотим еще раз с упрямством муравьев восстановить свой муравейник…
Лонга Ро проводили с эстрады угрюмым молчанием. На смену ему вышел на трибуну гильдий Керим-Оглы, сторонник нео-империалистов и переноса фабрик Англии в колонии. Его первое слово было:
— Война…
И оно было покрыто криками и воплями:
— Война Новой Стране!..
Слова сухого и горячего араба были похожи на выстрелы из малокалиберной винтовки. Он призывал к священной войне против варваров Востока… Хотя морские и воздушные базы Великобритании и других держав во многих местах и пострадали, но соединенные морские и воздушные силы великих держав еще достаточно велики, чтобы привести в повиновение бунтарей Турана.
Бэрд Ли вскочил со ступени и закричал в сторону второй половины зала:
— Безумные! Вы не понимаете…
Крик бывшего американца замер на полуслове: он вдруг увидел, что, словно сдунутая ветром дымная завеса, все, что было видно и слышно из-за черной черты зала, мгновенно пропало…
Бэрд Ли растерянно оглянулся и сел. Янти рассмеялась. Никон Стар с добро душной усмешкой утешил Бэрда Ли: