Вдали видна Москва. Река. Конь — прыг… Шпрынка через коня — кувырк. В реку. Брызги. «Батюшки, тону! Тону! Мамынька! Тону!»
— На полатях не утонешь! Чего кричишь? Али пригрезилось, — говорит Анисимыч, поворачивая Шпрынку со спины на бок…
— Дядя, Анисимыч! А конь-то где же?
— Чей конь?
— Дак мой; я с коня в Москва-реку свалился..
Анисимыч зевнул и ответил:
— Конь, надо полагать, убег. Спи. А то чуть с краю не свалился.
И, похлопывая Шпрынку по спине, словно тот был малое дитя, Анисимыч шопотом припевал:
А баю-баю-баю,
не ложися на краю: