Мальчики готовились уж итти стенкой на стенку, как вбежал в артель Мордан:
— Братцы, беда. Директорский кучер сказывает, что отвез барина на станцию. Дианов подал губернатору депешу, и полк солдат пригонят.
— Вот драка-то будет! Ребята, айда на улицу. Вали!
— Надо Анисимычу сказать — беги ты, Шпрынка.
— Пускай бежит Приклей. Тут драка, а я уйду…
— Не скоро еще! Успеешь… Когда еще солдат-то привезут!
— Я побегу, а ты, Мордан, иди смотри что будет.
Мальчики вышли на улицу. У ворот старого двора близ конторы послышалась игра гармошки, на встречу по улице толпа. Впереди толпы — мальчишки, окружая Ваню-Оборваню. Он откуда-то добыл гармонию с колокольцами; шапка у Вани набекрень; в губах зажата в уголке погасшая цыгарка; лицо нахмурено и важно; он играет на гармонии военный марш; по сторонам его идут, стараясь в ногу, двое зуевских парнишек — один колотит в дно разбитого ведра, изображая барабан, другой — в печной заслон, как в бубен.
— Гляди, ребята, это все зуевские, а не наши, — говорил Мордан Шпрынке — беги скорей к Анисимычу, а то они тут начудят… Скажи: Ванька-Солдат хороводит.
Ваня-Оборваня обернулся к толпе и, как ротный командир, сделав несколько шагов задом, скомандовал, не переставая играть на гармонии: