— Генерал, скажите мне окончательно: курица это или петух?
Совершенно упавшим голосом генерал прохрипел, задыхаясь:
— Курица, ваше величество!
Дурная примета, если курица запоет петухом.
Александр Павлович нахмурился и пошел со двора к своей карете.
III. О генеральше, жестоко напуганной мужиками и спасшейся от них в гардеробе, и о царском форейторе, которого забодал генерал
Лейла услыхала сквозь неистовый колокольный звон церковное пение. Дом Ипата стоял близ церкви.
Оставив Ипата одного, Лейла выбежала, движимая любопытством, на улицу. На паперти духовенство с иконами пело царю встречный стих. Карета ехала по улице к церкви шагом. За нею поодаль оберегаясь от пыли, шла свита, а с нею поникший генерал Хрущов. Лейла подбежала к самой карете и заглянула в лицо Александру Павловичу. Взоры их встретились.
Время, прожитое Лейлой среди цыган, прошло для нее не напрасно. Она переняла у московских цыганок искусство гадать и колдовать и их нехитрые, но действительные приемы, посредством которых они влияют на суеверных людей.