От ветра мальчишки зазябли и скоро все трое, свернувшись с котомками под головами, заснули, а Марк не спал. Темнело, хотя и близился рассвет; поезд убегал на юг от белой северной ночи... «Бологое». Поезд встал, пройдя перрон вокзала, поставленного меж московским и петербургским путями. Марк смотрел, свесясь, с крыш вагона на загроможденные порожняком и холодными паровозами линии пути. Светлело. Марк увидел, что вдоль поезда по междупутью идет к концу маршрута девочка с узлом в руках. Она останавливается перед каждым вагоном, смотрит вверх и о чем-то просит и снова идет дальше. Подошла к последнему вагону, плачет, утирая слезы краем белой пелеринки, накинутой поверх серенького платья.
— Ты чего, девочка, плачешь? — строго спросил Марк, пыхнув дымом папиросы.
Девочка подняла голову и сказала:
— Я потеряла свой поезд. Они уехали.
— Кто они?
Девочка объяснила, что она из Петербурга. Весь их институт везут в Симбирск на Волгу.
— Эвакуация, значит?
— Да.
— Значит, ты буржуйка!
Девочка нахмурилась и промолчала. Марк продолжал: