Матрос опять тихо коснулся колена Стасика и сказал на ломанном русском языке:
— А если он ему сказаль другой дорогами?..
— Ты прав, товарищ Макарони.
— Капрони, — поправил матрос...
— Я шучу. Ты прав, Капрони. Не упускай его из виду, Леня.
Следуя за закрытым автомобилем, мотор с погашенными огнями повторял все его повороты, то ускоряя, то замедляя бег.
Мелькнули и остались позади круглые Крестовские башни. Серым полотном в предрассветном сумраке легло среди лугов, поселков, огородов, перелесков, фабрик пыльное и тряское шоссе.
Трое на задней скамейке замолчали. Матрос зорко смотрел вперед. Стасик не оглядывался.
— Остановись, — сказал матрос.
— Стоп! — приказал Стасик шоферу.