- Где! куда тебе! Уж это как есть! - отозвалось несколько слушателей.
- Главная причина, Прокофий Андреич потому и звал меня; знает, я ихнее дело наскрозь произошел… Хозяйка моя тем временем своим домом станет управляться… У нее две батрачки… да еще девочку нанимает для подмоги.
- Что ж много? - спросил кто-то.
- А ты думаешь, как? - еще словоохотливее заговорил Федот, - у меня дом-то немалое количество: в три сруба выстроен!.. В наших местах все так строят; нет этих здешних изб… Внизу стряпают; работницы и батраки живут…
- Ты разве и батраков держишь?
- А то как же? Двух нанимаю… Кто ж бы землю-то стал пахать?.. У нас земли и лугов не то, что здесь… Ну, внизу батраки, вверху горница - мы с женою занимаем… Вот, братцы, коли кто из вас в Москву пойдет, заходите дорогой… Меня не будет - все единственно, к хозяйке моей зайдите; скажите: "Федот, мол, прислал"; сами посмотрите наше житье… Прошлого года дом мой под трактир нанимали, только не отдал; несходно… И хозяйка так говорит: "не отдавай, говорит, Федот Васильич; самим потом нанимать надо, одно на одно выйдет…" Заходите же, братцы; посмотрите на мое житье, сами скажете: из какого, мол, дьявола таскаться так-то Федоту по мельницам!
- То-то и я так думаю… - проговорил тоном недоверия и насмешки один из слушателей, - хошь бы теперича набиваешься ты к Аксену в работники… Из какой такой неволи?..
- Эх, братец ты мой! - произнес Федот с таким выражением, что можно было думать, он обращался к пустому и вздорному малому, который совался в разговор затем только, чтобы противоречить. - Говорю вам, братцы, пуще всего надо проволочить время. Пока Прокофий Андреич с братом не поделятся - все же одно, делать нечего, деньги свои понапрасну проживать, что ли?
- Денежки-то, стало, водятся?
- Да, - проговорил Федот с какою-то густотою в голосе, - после упокойного родителя тысчонки две, может, осталось… и, теперича есть…