Сказав это, Катерина подняла на плечо коромысло с тряпьем, висевшим на обоих концах, дочь ее взяла вальки, и обе пошли к воротам, напутствуемые приветствиями дедушки Василья. Старик, не откладывая минуты, начал готовиться в путь. Тимофей, покашливая и покрякивая, принялся пособлять ему. Почти в то же время в задних воротах показался старший мальчик, оставленный в риге.
- А, ласковый! - воскликнул старик, между тем как Волчок, окончательно уже развернув свой крендель, производил неистовые прыжки вокруг мальчика. - Ну, ласковый, ступай и ты подсоблять!
Вызов старика, очевидно, польстил ребенку, и, обрадованный случаю показать свою силу, он так деятельно принялся за дело, что оказался даже полезнее отца.
- Ты, дедушка, лошадку-то напоил? - спросил он с озабоченным видом.
- Нет еще, касатик; у вас колодезь-то недалеко от дому: напою, как выеду. Что это у тебя, Тимофей, паренек-то знатный какой! - промолвил старик, добродушно посмеиваясь и поглядывая на мальчика, суетившегося подле лошади, - вишь бравый какой! нам без него что бы тут делать? как есть провозились бы до обеда… молодец! право молодец!
Мальчик тряхнул волосами и с самой озабоченной, серьезной миной побежал отворять ворота.
- Ну, а вы-то, молодцы, чего зеваете? - заговорил старик, поворачиваясь к остальным трем мальчуганам, смотревшим во все глаза на эти приготовления, - садись на воз! надо и вам подсоблять; без вас дело не сладится! Садись, говорю, садись; полно зевать! - заключил он, подсаживая кого на облучок, кого попросту сажая на кожу.
Тут между братьями началось было маленькое несогласие: каждый хотел завладеть вожжами и править лошадью; старик поспешил примирить их: плотно обмотав вожжи вокруг облучка, он отдал концы двум мальчикам, а третьему поручил кнут; все остались очень довольны.
- Дедушка, дай мне, дай я проведу! - закричал старший мальчик, видя, что старик брал лошадь под уздцы, - дай, дедушка!
- Возьми, ласковый, возьми. Смотри только, в воротах не зацепи…