- Возьми меня с собою! - весело крикнул мальчик, как бы зная вперед, что отказа не будет.
- Ладно… пойдем… - возразил Лапша, сопровождая каждое слово тяжелым покрякиваньем и беспокойными взглядами. - В избе есть кто-нибудь? - примолвил он.
- Нет, ушли все. Мама и Маша пошли к пруду: братья на улице с ребятами.
- Пойдем-ка в избу, - сказал отец, оглядывая мальчика щурившимися глазами, - я чай, одеться надо… шапку возьми… лапти надень…
- Э! мне ничего!.. ведь теперь лето; я и так пойду… Тепло! - крикнул мальчик, засучивая свои штанишки.
Но Лапша, в котором все более и более заметно было смущение, сказал, что они пойдут далеко, что ночь может захватить их на дороге, что росы велики, такие теперь росы, хуже дождя вымочит!
Они вошли в избу. Тимофей стал пособлять ребенку надевать лапти.
- Э-э! - крякнул он неожиданно, опустил вдруг руки и тоскливо замотал головою.
- Что ты, батя?
- Так… что-то все нездоровится… что-то… - произнес Лапша, но снова как будто ободрился и сказал: - пойдем, бери шапку.