— Он что, завтракал у тебя?
— Нет. Но я уже с восходом солнца был на излучине Водяной долины и удил там рыбу.
— Ну, так вечером пойдем, — закончил спор Диджус. — Придержи невод, чтобы не запутался.
Мальчики продолжали работать, но работа не спорилась, потому что все время то один, то другой снова затевал волнующий разговор:
— Я же говорил, что Марс совершит великие дела… Я же говорил, что Марс настоящий… От Марса даже мышка не улизнет… Уже по одному его виду можно было сказать, что Марс — собака, рожденная для пограничной службы…
После обеда мальчики побывали у пионеров, которые жили недалеко от них, велели им передать дальше, что в восемь часов следует быть у капитана пограничной охраны Сергея Николаевича.
Ровно в восемь часов вечера группа пионеров и Марите вошли на хутор, где жил капитан. Елизавета Михайловна их уже ждала и сразу усадила за стол пить чай.
— Будьте моими дорогими гостями. Сергея Николаевича нет дома. Мы выпьем чаю, поговорим, может быть, он скоро вернется.
«Может быть, он совсем сегодня не вернется», — сердился про себя Теджус, но открыто говорить не осмеливался, потому что это было бы свидетельством невоспитанности. А потом, пить чай разве не приятно? Разве не приятно чувствовать себя настоящим гостем и сидеть за столом, на котором много такого, от чего слюнки текут. Было видно, что ребят здесь ждали.
Индулис первый сообразил, что в честь такого момента следует что-нибудь оказать. Он встал, откинул со лба непослушные пряди волос и сказал: