Наконец, Бог исполнил их желание; но когда ребенок родился на свет, то на вид оказался не как все люди, а больше похож на осленка. Когда увидела это мать, так и стала вопить и жаловаться, что уж лучше бы ей вовсе детей не иметь, чем осленка родить.
И велела королева-мать в отчаянье и горе его в воду бросить рыбам на съеденье.
Король же отменил это повеление и сказал жене: «Нет, коли уж Бог его дал, так пусть он и будет мне сыном и наследником, пусть сядет после смерти моей на мой королевский трон и наденет на себя мой королевский венец».
Вот и стали ослика воспитывать.
И стал он подрастать, и уши его тоже стали расти, большие такие и прямые.
А впрочем, он был ослик веселый, прыгал кругом да играл и особенно любил музыку.
И вот думал он, думал, и надумал, и пошел к одному знаменитому музыканту и сказал: «Научи ты меня твоему искусству, да так, чтобы я мог на лютне не хуже тебя играть». – «Ах, милый мой господинчик, – отвечал ему музыкант, – это вам не легко будет, потому что ваши пальцы не так устроены, да и велики очень. Боюсь, что, пожалуй, струны не выдержат».
Но все уговоры были тщетны.
Ослик хотел во что бы то ни стало играть на лютне, был притом же настойчив и прилежен.
Наконец, по прошествии какого-то времени, он научился играть на лютне не хуже, чем и сам учитель. Вот и пошел ослик в раздумье гулять.