К чести его надо сказать, что он сам верил своим словам. Обещания, одно заманчивее другого, посыпались с его языка проливным дождем.
– Нет, этого я не сделаю, – решительно произнесла Анни и подвинулась ближе.
– Анни! – сказал Мюргит. – Поверьте моему дню!
– Никогда. А как же белье?
– Белье? Бель… что ж белье?!
– Вы не… будете обижать меня?
– Упаси бог.
Они взялись за руки и стали шептаться.
В сердце Анни было много задора, легкомыслия и великодушия. Шептались они очень долго и убедительно, я Мюргит столкнул лодку в ночную реку, под крупные звезды, и Анни, поплакав, села к рулю.