— Значит, сбились с дороги. Нужно было забирать левее, к холмам.
— Я здешний, — возразил рудокоп. — Все дороги я знаю, но это направление сокращает путь.
— Сокращает путь? — повторил незнакомец. — Возможно… Судя по костюму, вы работали в горах на западе?
— Работал, — неохотно ответил Энох и замолчал.
Сердце его, вдруг затосковав, сжалось. Незнакомец не сказал ничего, кроме самых естественных при этой оригинальной встрече фраз, но рудокопу захотелось уйти. Сунув руку в карман, где лежал револьвер, он украдкой посмотрел на сидевшего. Тот, опустив глаза, легонько посвистывал. Ветер усилился. Уши Эноха начали уже привыкать к неистовому громовому реву, но тут раздался такой взрыв, что он невольно нагнул голову. Молния чрезвычайной силы и длительности замела степь. Неизвестный сказал:
— Давно уже собираюсь я навестить рудники. Там хорошо платят.
— Да, хорошо! — вздрогнул и слишком поспешно вздохнул Энох. — Знаете, хорошо там, где нас нет. Вот когда я был молодым, тогда действительно зарабатывал, а теперь — старость… собачья жизнь… А что, — продолжал он, намекая на профессию охотника, — разве лисицы и бобры ходят теперь без шкур?
Незнакомец, ничего не ответив, снова опустил голову.
— Пойду, пожалуй, — сказал Энох, — небо проясняется.
— Что вы! Идут новые тучи!