— Право, Ева, я разучился за три года в Покете не только говорить, но и думать. Я могу спутать такие слова, как «бак, мак и табак».
— Да, — сказала Ева, серьезно, ничуть не упрекая себя за выдумку, — Джесси Тренган прекрасная девушка. Кое-кто медлит, но я уверена, что осенью она обвенчается.
Детрей со смехом поцеловал Еве руку.
— Всякая история имеет конец, — сказал он, — будем надеяться, что история Джесси окончится благополучно и скоро.
— Если захотите увидеть меня, пользуйтесь телефоном. Уговоримся. Вы не скучали?
— Нет. Я с большим интересом слушал. В Покете мы плохо себя ведем, — жизнь и служба однообразны.
— Но стройны, как ваш мундир? Мое представление о военной службе таково: прямая линия и «ура»!
— До известной степени, — ответил Детрей, морщась. — Прощайте!
Они расстались. Детрей жил в Ламмерике, в деревенской гостинице, заканчивая топографические поручения относительно окрестностей и реки. Солдаты, приехавшие с ним, квартировали в домиках местных жителей. Было поздно возвращаться домой, тем более, что поднялся ветер и звезды исчезли.
Выйдя на улицу, Детрей отвязал лошадь, привязанную возле подъезда, и, утвердясь в седле, поехал шагом, размышляя о Джесси.