— Ваш сын прав, — заявил Гемас. — Сразу обо всем не переговорить. Я слышал — вам повезло? — обратился Гемас к юноше тоном игривого участия. — Вы пользуетесь покровительством влиятельных лиц?
Тиррей хотел резко ответить Гемасу, но его предупредил Франк, сказав:
— Не торопитесь, Гемас. Я сам. Тири, хочешь ты мне помочь?
— Говорите, — сказал Тиррей. — Я не знаю, о чем вы думаете.
— Милый, это так просто. Поговори обо мне с Футрозом. Скажи, что вот неожиданно нашелся твой отец, раздетый, разутый… Ты потрясен. Ну, короче говоря, сказать ты сумеешь. Отец, скажи, был конторщиком на чайных плантациях, заболел, полтора года пролежал в больнице и обнищал. Мы это разработаем подробнее. В таком случае. -
— Напрасно надеетесь, — перебил Тиррей. — Я никогда не сделаю этого. Я не могу.
— П-сс! — удивленно отозвался Гемас.
— Как это — «не могу»? — сказал Франк. — Почему не можешь?
Тиррей, хмурясь, молчал, смотря вниз.
— Ты не хочешь, — вздохнул Франк, — не хочешь из-за дурацкого твоего упрямства. Послушай, ведь тебе не нанося вреда, наоборот, ты выиграешь, являясь заботливым сыном. Да я клянусь тебе, что Футроз сам захочет меня увидеть, когда ты сообщишь ему о таком происшествии!