С яростью, вызванной ощущением почти миновавшей опасности, Факрегед и Лекан забросали дыру землей с клумб и притоптали ее. К утру разразился проливной дождь, отчего это место меж двух кустов приняло естественный вид.
Обессилевший Факрегед вошел в камеру Давенанта, который долго смотрел на него, затем улыбнулся.
— Я спасен, — тихо произнес он.
— Что? Эта женщина спасет вас?
— Нет. Не знаю. Я спасен так, как вы понимаете, но не хотите сказать.
Он затих и начал бредить. Факрегед вымыл руки, запер Тиррея, тщательно подмел коридор и взглянул на часы. Они показывали четверть третьего.
— Как будто вся жизнь прошла, — пробормотал Факрегед.
Пока два контрабандиста устраивали заслон из ящиков, а надзиратели маскировали отверстие, Гале-ран, Консуэло и Стомадор сошлись в задней комнате лавки.
— Спасите его, — сказал Галеран заплаканной молодой женщине. — Не время углубляться в происшествие. Сядьте в мой автомобиль.
— Поймите, что я чувствую, сеньора! — проговорил Стомадор. — Я так потрясен, что уже не могу стать таким бойким, как когда встретил вас.