— Это карнавал, джентльмены, — повторил красный камзол. Он был в экстазе. — Нигде нет; только у нас по случаю столетия основания города. Поняли? Девушка недурна. Давайте ее сюда, она споет и станцует. Бедняжка, как пылают ее глазенки! А что, вы не украли ее? Я вижу, что она намерена прокатиться.
— Нет, нет! — закричала Дэзи.
— Жаль, что нас разъединяет вода, — сказал Тоббоган, я бы показал вам новую красивую маску.
— Вы, что же, не понимаете карнавальных шуток? — спросил пьяный толстяк. — Ведь это шутка!
— Я… я… понимаю карнавальные шутки, — ответил Тоббоган нетвердо, после некоторого молчания, — но понимаю еще, что слышал такие вещи без всякого карнавала, или как там оно называется.
— От души вас жалеем! — закричали женщины. — Так вы присматривайте за своей душечкой!
— На память! — вскричал красный камзол. Он размахнулся и серпантинная лента длинной спиралью опустилась на руку Дэзи, схватившей ее с восторгом. Она повернулась, сжав в кулаке ленту, и залилась смехом.
Меж тем компания на шлюпке удалилась, осыпая нас причудливыми шуточными проклятиями и советуя поспешить на берег.
— Вот какое дело! — сказал Проктор, скребя лоб. Дэзи уже не было с нами.
— Конечно. Пошла одеваться, — заметил Больт. — А вы, Тоббоган?