— Закрыться-то можно, да…
— Да что? Вы боитесь, что тот, для кого он приготовлен, простудится, — смеясь, заметил мистер Бельчер.
— Ну, этого, положим, нечего бояться! — отвечал, также смеясь, Нед. — Дайте сюда этот мешок, Джим. Я подал ему длинный мешок, лежавший подле меня на дне телеги, и в первый раз почувствовал какой-то смутный страх. О ком они говорят? Ведь этот мешок предназначается для сажи? Кто же может простудиться? Сильный дождь все еще продолжался, когда мистер Бельчер остановил лошадь.
— Ну, — обратился он ко мне — теперь я расскажу тебе часть своего секрета. Видишь там эту церковь?
Я взглянул в темноту, по тому направлению, куда он мне указал, и с трудом различил туманный очерк церковной колокольни, а около неё другие низкие сероватые фигуры, должно быть, надгробные памятники.
— Мы пойдем туда чистить трубы, — прошептал он — мне некогда рассказывать тебе все в подробности, одним словом, чистить трубы в церквах нельзя у всех на глазах, понимаешь?
— Понимаю, сэр, — не совсем смелым голосом отвечал я.
— Ты, должно быть, промок да и спать хочешь, — добродушно заметил хозяин — возьми, хлебни еще глоток водки, это тебя оживит.
С этими словами он поднес бутылку к губам моим. Глоток водки, действительно, оживил меня и я снова вполне поверил, что мистер Бельчер идет чистить трубы в церкви.
Спутники мои вылезли из телеги и, подведя лошадь к группе деревьев, прямо против калитки, остановились.