Я знакомлюсь с Джорджем Гапкинсом и он берет меня к себе в ученики
В один июльский вечер я прохаживался по Чипсайду. Так как у меня теперь был приличный костюм, то я смело появлялся на больших, богатых улицах поглядывая по сторонам с беззаботным видом мальчика, вышедшего погулять, я заметил джентльмена, внимательно разглядывавшего что-то в чулочном магазине. Это был один из тех джентльменов, от которых карманным ворам хорошая пожива: он был так толст, что когда он наклонился, фалды его сюртука сильно оттопырились, и карман выставился самым соблазнительным образом. Нельзя было упустить такого удобного случая. Я ощупал карман, в нем лежало что-то твердое, четырехугольное, я запустил в него руку и через секунду вытащил красивый кожаный бумажник. До сих пор мне удавалось таскать кошельки, деньги, просто положенные в карман, деньги, просто завернутые в бумагу, но ни разу не попадался мне под руку бумажник. Дрожа от восторга, я быстро свернул в соседнюю улицу, осторожно открыл бумажник при свете фонаря и увидел в нем несколько сложенных банковых билетов и целую кучу золотых монет. Это так поразило меня, что я стоял секунд пять неподвижно, закрывая бумажник полой своей куртки и не зная, на что решиться. Вдруг чья-то рука легла на мое плечо.
— Не вздумай бежать, — произнес голос человека, явившегося как будто из под земли — от меня не убежишь.
Я готов был клясться, что никто не следовал за мной от Чипсайда; появление этого незнакомца как гром поразило меня. Я быстро бросил бумажник в водосточную трубу и повернулся, вполне уверенный, что меня задержал или полицейский, или обкраденный мной джентльмен. Но я ошибся: меня держал за ворот незнакомый мне господин, одетый очень нарядно, с блестящим перстнем на пальцах. Он поднял брошенный мной бумажник и спокойно положил его к себе в карман, точно свою собственность.
— Правду говорят, что дуракам счастье, — заметил он, продолжая держать меня за ворот и увлекая за собой в темную улицу.
— Послушайте, сударь, — заговорил я жалобным голосом, не помня себя от страха — ведь я нашел его, право нашел, только он мне не нужен, возьмите его, коли хотите, может, вы его потеряли…
— Нашел, конечно, нашел! — насмешливо проговорил незнакомец — неужели же заработал! А ты для кого работаешь? — спросил он вдруг резким голосом, когда мы уже прошли пол улицы.
«Он, должно быть, принимает меня за какого-нибудь честного мастерового», мелькнуло у меня в голове.
— Я работаю, — проговорил я прерывающимся голосом, — у одного коробочника около Уайтчепеля.
— Что ты врешь! — вдруг сердитым голосом закричал незнакомец. — Говори сейчас правду! Ты живешь у Симмондса или у Тома Мертинса?