— Мы с ним вместе занимались воровством в Ковент-Гардене, — отвечал я — и жили вместе в Дельфах.
— Вот что! А теперь где же он живет? Что он делает?
— Он работает.
— Работает? Возится с какой-нибудь грязной, тяжелой работой, бедный мальчуган! И много он зарабатывает?
— Восемнадцать пенсов в неделю, кроме содержания.
— И за это он должен трудиться целые дни, как добрая лошадь, и ходить в грязи от понедельника утра и до субботы вечера! Знаешь, сколько он всего получит в год? три фунта восемнадцать шиллингов!
— Ну что же, это не мало!
— Не мало за целый год работы! А знаешь, сколько было денег в бумажнике, который ты сегодня добыл? Двадцать семь фунтов? То, что он заработает в семь лет. Что бы он сказал, если бы знал, что ты в одну минуту, не пачкая рук, можешь заработать столько, сколько он в семь лет? Я думаю, он нашел бы свою жизнь очень несчастной!
— Может быть, он сказал бы, что лучше получить меньше, да зато… без опасности, — несмелым голосом заметил я.
— Ну, конечно, хорош виноград да зелен? Слыхал эту басню, Джим? Так сказала одна лисица, когда ей никак не удавалось достать сочную виноградную кисть. Я не хочу, чтобы ты слишком много о себе мечтал, Джим, но ты должен понимать, что без ловкости, без таланта, нельзя сделать даже ту штуку, которую ты сегодня сделал. А у того бедного мальчугана ловкости-то, должно быть, не хватает, вот он и принимается поучать других. Ведь он поучал тебя, правда?