И она дала мне большой кусок сахару!
Это была моя первая ложь, и она привела к очень грустным последствиям. Мысль, что миссис Бёрк может заработать в один вечер восемнадцать пенсов, произвела сильное впечатление на отца, и я явился участником низкого плутовства.
Крик моей маленькой сестры положил конец разговору о мешках. Миссис Бёрк взяла малютку на руки и начала кормить ее кашкой из великолепной масленки, целовать и называть самыми нежными именами. Отец несколько минут с умилением смотрел на эти ласки, но сон одолел его, и он скоро задремал на своем стуле. Накормив сестру, она унесла ее к себе в комнату, затем вернулась к нам и принялась убирать чайную посуду. Звяканье чашек разбудило отца.
— В котором часу встаете вы обыкновенно, мистер Бализет? — спросила миссис Бёрк, видя, что отец открыл глаза: — я бы хотела приготовить вам чай.
— Чай? Эх, Господи! Я и на рынке позавтракаю!
— С какой же это стати? Не лучше ли съесть кусочек у себя дома, чем на рынке, в толкотне.
— Оно лучше-то лучше! Да дело в том, что я ухожу из дому в пять часов, это слишком рано! — возразил отец.
— Что же такое, что рано? Неужели потому, что вы остались одиноким вдовцом, вам идти на рынок, не согревшись чашкой теплого. Да я считала бы себя дрянной женщиной, если бы не приготовила вам все, как следует, не только к пяти, а даже к трем часам! Спокойной ночи, мистер Бализет!
На другой день, в половине пятого утра миссис Бёрк уже стучала в нашу дверь, объявляя отцу, что у неё готов кипяток и кусок жареной рыбы. Не успел отец одеться, как она уже опять подбежала к нашим дверям.
— Извините, мистер Бализет, — проговорила она ласковым голосом: — я сейчас только вспомнила, что оставила иголку в вашей комнате, а мне ужасно хочется скорей приняться за работу.