— Да видишь ли, душенька, — проговорила она, наконец: — ты бы мог сказать папе, что я тебя послала купить на пени анисового семени для ребенка, и что ты потерял деньги. Ведь это не трудно, голубчик Джимми?
— А как отец приколотит меня за это?
— Полно, дружок! Как же это можно? — ведь я буду тут! Я скажу отцу, что на тебя налетел большой ротозей и толкнул тебя, что ты ни в чем не виноват! Он не станет тебя бить, будь в этом уверен! А теперь поди, погуляй, купи себе, чего хочешь, на свои полтора пенса.
Я ушел, хотя на душе у меня было неспокойно, и вдоволь нагулялся. Я нарочно не торопился возвращаться домой, чтобы миссис Бёрк успела до меня рассказать отцу историю о потерянных деньгах.
Не знаю, многим ли раньше меня вернулся домой отец, но когда я вошел — он уже стоял у дверей с ремнем в руке.
— Иди-ка сюда, негодный шалун! — вскричал он, хватая меня за ухо: — куда ты девал мои деньги, говори сейчас!
— Я потерял их, папа, — проговорил я в страхе, смотря умоляющими глазами на миссис Бёрк.
— Потерял? Где же это ты их потерял?
— Да я шел купить семя для Полли, а большой мальчик наскочил на меня и вышиб их у меня из рук…
— И ты думаешь, я поверю твоим россказням! — вскричал отец, бледный от гнева.