— Ну, уж другой раз не заманишь меня в подушки, коли будешь этак болтать, — сердито отозвался Рипстон. — Чего тебе надо?
— Странный ты человек! Ты не любишь лежать и разговаривать о том, что видел!
— Из-за этакой-то глупости ты меня разбудил?
— Я хотел только спросить у тебя, как ты думаешь, разбойники бросили в колодец настоящее тело?
— Конечно. Я видел руку сквозь дырку в мешке. — насмешливо отвечал Рипстон.
— И, ты думаешь, там был настоящий, глубокий колодец?
— Еще бы, конечно.
— А я не слышал, как плеснула вода, — настаивал Моульди.
— Ты плохо слушал. Колодец-то ведь глубокий, сразу не услышишь, а я услышал уж через три минуты.
Моульди замолчал, но он дышал очень тяжело. Видно, что ему хотелось поговорить. Он попробовал покликать Рипстона, но тот, вместо всякого ответа громко захрапел; он позвал меня, но мне не хотелось разговаривать, и я притворился, что сплю.