На стене комнаты висели картины, и Мария Николаевна, заметив, что Новиков поглядывает на них, сказала:
— Вон эта, возле зеркала, с розовой землёй, рассвет в сгоревшей деревне — творчество Евгении Николаевны. Вам нравится?
Он смутился:
— Тут трудно разобраться неспециалисту.
— Ночью, говорят, вы судили смелей,— сказала Евгения Николаевна.
Новиков понял, что Серёжа уже доложил кому надо о зелёном старике.
А Маруся сказала:
— Чтобы любоваться Репиным и Суриковым, не надо быть специалистом. Лучше бы рисовала плакаты для цехов, красных уголков, госпиталей; я ей всё время твержу об этом.
— А мне нравятся Женины картины,— сказала Александра Владимировна,— хотя я, старуха, вероятно, меньше вашего во всём этом понимаю.
Новиков попросил разрешения вернуться вечером, но не приехал ни вечером, ни на следующий день.