— Не бойся, не бойся, я тебя не оставлю.
Володя Андреев хотел прыгнуть за борт катера, мать удержала его:
— Что ты делаешь, окаянный!
Соколова сказала:
— Садись, Наташка, с сыном вместе.
Наташа посмотрела на белое, бумажное лицо свекрови, державшей в омертвевших руках вязание.
— Садитесь вы, будете ему, сироте, заместо матери,— сказала она.
И Варвара Александровна с судорожной силой обняла невестку.
— Наташа! — сдавленным голосом произнесла она и вложила в это слово столько любви, столько раскаяния, столько нежности, что Наташа оглянулась, словно оно было произнесено не губами свекрови, а вытолкнуто кровью, судорогой сердца.
Но матрос не пустил в лодку Варвару Александровну и Володю: мест не было.