— Я приказал,— ответил Шапошников.
— Вы что же, хотите к немцам в лапы попасть, прикрытия у вас нет.
— Нет, товарищ подполковник, я хочу, чтобы немцы в мои лапы попали,— ответил Толя.
И он коротко, в нескольких словах, показал, как удобно расположатся орудия на виноградном холме, прикрытые небольшой рощицей, защищённые с востока Волгой, с юга крутым обрывом, идущим к Волге, держа под огнём ту часть степи, по которой могут пойти немецкие танки.
— Вон за теми садами немцы сосредоточены, я господствую над ними, товарищ подполковник, прямой наводкой могу вести беглый огонь.
Подполковник, прищурившись, посмотрел на выбранные Шапошниковым огневые позиции, потом на овраг, тянущийся к Волге, потом на степь, где пыля, врассыпную шла советская пехота и беспорядочно вздувались облачка разрывов немецких мин.
— Толково,— сказал он и, перейдя на «ты», спросил: — Что, лейтенант, с первого дня воюешь, видно?
— Нет, товарищ подполковник, мой первый день сегодня.
— Значит, родился артиллеристом,— сказал подполковник.— Связь с дивизионом не теряйте, где провод, не вижу?
— Я его велел по откосу провести, меньше шансов, что перешибут осколки.