— Шить я умею,— с улыбкой вполголоса сказал он,— надо мной в мирное время товарищи смеялись, говорили: «Наш капитан — портниха». Я могу покроить и на машине прострочить, и детское платье могу сшить.
— Что ж ты, до службы портным был?
— Нет, я с двадцать второго года солдат.
Он надел гимнастёрку, застегнул воротничок и прошёлся по комнате.
Старуха, вновь переходя на «вы», сказала:
— Я вас вполне вижу, настоящего человека сразу понимаю, на ком держава стоит, кем держится,— и, хитро прищурившись, шёпотом сказала: — А вот этот приятель ваш, это уж воин. Такой разве понимает? Для него всё государство на спиртах стоит. Что государство, что контора — одно слово.
Майор рассмеялся и сказал:
— Ох, мать, умна ты, видно.
Она сердито сказала ему:
— Нешто дура?