Земля была спасена в последний критический миг…
* * *
В числе пожеланий, принесенных директором своему другу и сотруднику в день его свадьбы, было одно, которое доктор Штейнвег свято исполнил: чтобы расцветшее сердце его осталось верно прежней святыне — науке. Счастье любви, восторжествовавшей почти на обломках всяких надежд, не помешало Штейнвегу отдаться прежним научным трудам, — и уже через несколько недель он представил академии наук свою работу — исследование « О причине несостоявшегося столкновения между кометой 3-го августа и Землей ».
Автор доказывал, подтверждая свое мнение подробными вычислениями, что внезапное отклонение Земли от своей орбиты произошло просто под влиянием обратного толчка, произведенного на земной шар внезапным извержением сотен кратеров в цепи Андов. Доклад его заканчивался следующими словами:
«Какое это было блестящее и грандиозное подтверждение извечного закона борьбы ва существование! Как во всем живом мире опасность пробуждает к жизни дремлющие силы организма или понуждает их к новой деятельности, — так и мать-Земля наша напрягла в грозный момент борьбы за свое существование все свои дремлющие, бесчисленными тысячелетиями накопленные силы, чтобы противопоставить их врагу способом самым простым, но и самым действительным, — и этим обеспечила нашим поколениям возможность дальнейшего развития на новые миллионы лет. Ибо только в безостановочном развития, в бесконечном строительстве — в эволюции — заключается вся тайна и весь смысл жизни. Рай — не в прошлом , а в будущем !»
Последняя фраза рукописи была написана женской рукой, — рукой Ганны Штейнвег, для которой эта заключительная мысль была полна не только бодрой философской веры, но и глубокого радостного личного значения.
Шпион с Марса
— Вот одна из наших вчерашних фотографий Марса, — сказал мистер Лампленд, один из ассистентов Флагстафской обсерватории в Аризоне, выходя из темной комнаты и показывая мистеру Лоуэлю, директору обсерватории, только что проявленную пластинку.
— Это первая или вторая? — спросил м-р Лоуэль, осторожно взяв стеклянную пластинку за края и рассматривая ее на свет.
— Первая, но и вторая скоро будет готова, — она уже в ванне, фиксируется.