Чжугэ Лян просил Ма Шу рассказать, что он задумал.
— Сыма И — высший сановник царства Вэй, и Цао Жуй ему завидует, — начал Ма Шу. — Надо в Лояне и Ецзюне пустить слух о том, что Сыма И замышляет мятеж. В доказательство распространите в Поднебесной воззвание от имени Сыма И, призывающее к свержению Цао Жуя, и этого будет достаточно. Вне всякого сомнения, Цао Жуй казнит Сыма И.
Чжугэ Лян принял его совет.
И вот однажды утром на городских воротах Ечэна появилось воззвание, написанное от имени Сыма И. Стража сорвала это воззвание и доставила Цао Жую.
«Полководец юнчжоуских и лянчжоуских войск Сыма И обращается к Поднебесной, — гласило воззвание.
Великий предок, основатель Вэйской династии У-хуанди, перед своей кончиной собирался назначить преемником сына своего Цао Чжи. К несчастью, У-хуанди умер, не успев осуществить своего намерения, и его внук Цао Жуй, нарушив последнюю волю деда, самовольно занял престол.
Ныне я, согласно воле неба и желанию народа, решил поднять войско на защиту справедливости.
В тот день, когда будет оглашено настоящее воззвание, принесите клятву верности новому государю. Кто вздумает противиться, пусть ждет своей гибели! Повелеваю каждому, кто прочтет воззвание, оповещать о нем своих близких».
Прочитав это воззвание, Цао Жуй побледнел от страха и приказал созвать сановников на совет.
— Так вот, оказывается, для чего просил Сыма И отдать ему войско округов Юнчжоу и Лянчжоу! — воскликнул тай-вэй Хуа Синь. — Вспомните слова Цао Цао: «Сыма И смотрит ястребом и озирается волком, ему нельзя доверять большую власть в армии, он может натворить беду». Ныне мятежные замыслы Сыма И дали ростки! Казнить его без промедления!