Хань Цюн в гневе устремился в погоню за Чжао Юнем, но старик успел выстрелить из лука, и стрела попала Хань Цюну в лицо. Он замертво свалился с коня. Теперь на Чжао Юня напал Хань Яо. Чжао Юнь отбросил копье, в его руке сверкнул меч, оружие выпало из рук Хань Яо, и он живым попал в плен. Чжао Юнь передал пленника своим воинам, а сам снова выехал в бой.
Хань Дэ видел, как погибли его сыновья, и в ужасе скрылся среди своих воинов. А тангутское войско, хорошо знавшее силу и храбрость Чжао Юня, не смело вступить с ним в бой, особенно после того, как они убедились, что Чжао Юнь так же силен, как и прежде. Старый полководец разъезжал на поле боя так свободно, будто здесь и врагов не было.
Потомки сложили стихи, в которых воспевают подвиг Чжао Юня:
Старик Чжао Юнь из Чаншаня, что в семьдесят лет отличился,
Свершив удивительный подвиг, доныне живет среди нас:
Убил четырех полководцев и смело к врагу он ворвался,
Оставшись таким, как в Данъяне, когда он правителя спас.
Дэн Чжи двинул в бой свежее войско и завершил разгром неприятеля. Хань Дэ, которому угрожала опасность попасть в плен, бросил оружие и коня и бежал с поля боя пешком.
— Вам уже около семи десятков, а вы все так же отважны, как и прежде! — воскликнул Дэн Чжи, поздравляя Чжао Юня с победой. — Редко случается, чтобы кому-нибудь удалось сразу зарубить четырех военачальников перед строем их войск!
— Чжугэ Лян не хотел посылать меня в бой из-за моих преклонных лет, а я решил доказать ему, что я совсем еще не стар, — отвечал Чжао Юнь.