— Сыма Ши обращается с нами, как с мальчишкой, сановников наших не ставит ни в грош. Боимся мы, что рано или поздно он захватит трон нашей династии!
Цао Фан безудержно зарыдал. Тронутый неподдельным горем императора, Ли Фын промолвил:
— Не печальтесь, государь! Я готов служить вам. Только разрешите — я от вашего имени брошу клич всем героям страны, и мы уничтожим этого злодея!
— Да, да! Этого злодея и брата его надо уничтожить непременно! — подхватил Сяхоу Сюань. — Из-за них мой брат Сяхоу Ба бежал в царство Шу. Неужто мы, родственники правящего дома, будем сидеть сложа руки и смотреть, как в государстве хозяйничают разбойники? Государь, мы ждем вашего указа покарать их!
— Боюсь, что вы не сможете это сделать! — покачал головой Цао Фан.
— Мы готовы отдать жизнь, лишь бы отблагодарить вас, государь! — воскликнули все трое.
Цао Фан снял с себя вышитую драконами и фениксами рубашку, прокусил палец, написал кровью указ и передал рубашку Чжан Цзи со словами:
— Будьте осмотрительны и храните тайну! Помните, как наш предок У-ди казнил Дун Чэна за его неосторожность?
— Не вспоминайте об этом, государь, — прервал его Ли Фын. — Мы не такие ничтожные людишки, как Дун Чэн, и Сыма Ши не достоин сравнения с вашим предком. Не сомневайтесь в нашем успехе.
С этими словами сановники покинули дворец. У ворот Дунхуа они увидели Сыма Ши. Его сопровождало несколько сот вооруженных слуг. Сановники остановились у края дороги.