Они поклялись друг другу в верности до конца жизни. Действуя якобы по секретному указу вдовствующей императрицы, Гуаньцю Цзянь и Вэнь Цинь приказали хуайнаньским чиновникам собраться в Шоучуне, построили в западной части города высокий помост, принесли в жертву белого коня и заставили собравшихся принести клятву, что они готовы выполнить волю императрицы и покарать злодея и бунтовщика Сыма Ши.
Чиновники смазывали кровью белого коня уголки рта и клялись постоять за дело государя.
Гуаньцю Цзянь собрал шестидесятитысячное войско и стал лагерем в Сянчэне. Вэнь Цинь командовал вспомогательным отрядом в двадцать тысяч воинов. Гуаньцю Цзянь разослал во все округа и области грамоты, призывающие военачальников встать на борьбу за справедливое дело.
Когда в столице стало известно о мятеже в Хуайнани, Сыма Ши был болен и не мог явиться во дворец. За несколько дней до этого лекарь вырезал ему болезненный черный нарост под левым глазом. Сыма Ши вызвал тай-вэя Ван Су на совет.
— В те времена, когда слава Гуань Юя потрясала всю Поднебесную, Люй Мын захватил Цзинчжоу, — сказал Ван Су. — И это удалось ему лишь благодаря тому, что он развалил армию Гуань Юя, проявив заботу о родственниках вражеских воинов. Ныне большинство семей хуайнаньских воинов живет на Срединной равнине, и, если вы будете к ним добры, они не сбегут в Хуайнань и воины Гуаньцю Цзяна разойдутся по домам,
— Прекрасно придумано! — одобрительно кивнул Сыма Ши. — Но, видите ли, я нездоров и не могу сам заняться этим делом. Поручить кому-нибудь другому? Тогда я не буду спокоен.
Стоявший рядом ши-лан Чжун Хуэй заметил:
— Хуайнаньские воины сильны, и оружие у них острое. Если послать против них не очень талантливого полководца, весьма возможна неудача.
— Придется заняться этим делом самому! — проговорил Сыма Ши, с трудом покидая ложе.
Доверив Сыма Чжао охрану столицы и все государственные дела, Сыма Ши, еще совершенно больной, в коляске отправился на восток.